Аналитика, Интервью, Мнения и комментарии, Политика, СМИ        17 мая 2021        146         0

Эксперт клуба Михаил Чернышов дал интервью порталу «Кавказский узел» по итогам обсуждения доклада «Агломерационное развитие Республики Дагестан: работа над ошибками»

В Махачкале 11 мая 2021 года прошло заседание Кавказского политико-экономического клуба «Развитие регионов: стратегия-2050» на тему «Агломерационное развитие Республики Дагестан: работа над ошибками». С докладом выступил к.э.н., ведущий научный сотрудник, заведующий Лабораторией проблем пространственного развития Института проблем рынка Российской академии наук  (г. Москва) Михаил Чернышов. Он дал комментарий корреспонденту «Кавказского узла».


  •  Что послужило поводом для обсуждения темы и выбора формата мероприятия?

— Еще в 2008 году в Дагестане развернулась широкая общественная дискуссия по вопросам стратегического развития. В то время разрабатывалась первая версия Стратегии социально-экономического развития Дагестана до 2020 года. Благодаря позиции общественности первый вариант этого документа был забракован и отправлен на переработку, а возглавлявший республику Муху Алиев принял решение образовать  Экономический совет при Президенте Дагестана — единственный за всю историю региона научно-консультативный орган, возглавляемый не чиновником. В совет вошли многие депутаты, ученые, представители бизнеса, в том числе критиковавшие решения власти.

В 2010 году возглавивший регион Магомед-Салам Магомедов еще более расширил состав Экономического совета, включив в него, например, такого яркого представителя гражданского общества, как основатель еженедельника «Черновик» Хаджимурад Камалов.

Именно Экономический совет организовывал экспертные площадки (например, на Дагестанском экономическом форуме 2012 года), приглашал ведущих российских экспертов (например, для изучения проблемы конфликтов на землях отгонного животноводства), вел научное руководство разработки документов стратегического характера (Стратегии социально-экономического развития Дагестана – единственного в регионе документа такого уровня, принятого в виде закона).

В период, когда республику возглавлял Рамазан Абдулатипов, члены Экономического совета неоднократно выступали с критикой его действий, например, предоставление государственных гарантий правительством Дагестана ООО «Дагагрокомплекс» на 1,3 млрд. рублей, что было при Владимире Васильеве признано преступлением и аннулировано.  Естественно, что критика экспертов вызывала раздражение власти и в 2016 году Р. Абдулатипов ликвидировал Экономический совет.  

Тем не менее, значительная часть членов Совета продолжила свою работу в новом неофициальном формате, создав Кавказский политико-экономический клуб «Развитие регионов: стратегия-2050». На этой площадке обсуждаются острые проблемы, иногда присутствуют вице-премьеры, министры, советники руководства республики. Клуб дает независимую оценку целей и решений властей региона, предлагает свои варианты решения проблем. В частности,  среди обсуждаемых тем – оценка  достоверности статистической отчетности и налоговой базы, принятых имущественных и бюджетных решений, выявление проблем реформирования органов исполнительной власти, выработка предложений к документам стратегического характера,  основ общественного договора по целям развития. Примерно раз в месяц на площадке клуба проводится обсуждение в формате круглого стола. Конечно, пандемия повлияла на работу клуба в прошлом году, но сейчас активность вернулась в норму.

Агломерационное развитие – одна из острых тем, которая актуализировалась после визита Михаила Мишустина в Дагестан, где ему презентовали план развития Дербента.


  • Какие основные проблемы агломераций в Дагестане? Что именно нуждается в улучшении и развитии? Какие конкретно районы нуждаются в развитии?

— Тема градостроительной политики и территориального развития в Дагестане уже несколько десятилетий является одной из наиболее болезненных. Стало уже традицией, когда каждый новый глава республики обнаруживает в Махачкале более четырех сотен незаконно возведенных многоквартирных домов, торжественно обещает покончить с этой практикой, потом создает градостроительные советы, новые ведомства, а в итоге тихо забывает о проблеме, передавая ее преемнику. На фоне нависающей над Северным Кавказом сейсмической угрозы, возникает необходимость масштабной ренновации и массового переселения жителей столицы Дагестана в более безопасное жилье.

Стихийное строительство в Махачкале и Каспийске привело к тому, что два города фактически стали одним, дав повод говорить о махачкалинско-каспийской агломерации. Политические амбиции в последнее время выдвигают на первый план и другой агломерационный проект в Дербенте. Под агломерацией обычно понимается скопление ряда населенных пунктов городского типа, имеющих общие промышленные, экономические, транспортные, культурные взаимоотношения. Но теория агломерационного развития также не стоит на месте. Несколько лет назад эта тема в нашей стране вызвала ожесточенную дискуссию. Суть проблемы в том, что 90% городов России  с населением до 100 тысяч человек. Половина из них монопрофильные. В таких городах нет работы, вузов, театров, музеев, нормальной социальной инфраструктуры. Развивать такие города бессмысленно. В качестве выхода предлагалось  создавать условия, чтобы население малых городов мигрировало в агломерации. В Дагестане люди давно уже «побежали» из сельской местности в Махачкалу, другие города, «голосуя ногами» за эту концепцию. Сегодня в России насчитывается 36 перспективных агломераций, в том числе махачкалинско-каспийская.

У агломерации есть четкие признаки: регулярное совершение местным населением поездок из одного города в другой, полуторачасовая транспортная доступность к городу-ядру, наличие у городов совместно используемой развитой транспортной, коммунальной, промышленной инфраструктуры, наличие общего аэропорта, крупного железнодорожного узла, морского или речного вокзала.

В 2008 году мною было опубликованы несколько решений пространственного развития,  в том числе  «переноса столицы». В них предлагалось переселить часть населения в новый город, создав рядом с Махачкалой деловой,  правительственный, образовательный и медицинский  центры. Отличительная особенность идеи – в концентрации населения с городской культурой, схожим типом потребления, преимущественно интеллектуальным способом зарабатывания денег. Предлагалось построить более 3 млн. кв. метров жилой площади около 55 тыс. квартир. При этом основываться на инфраструктурных принципах «умных городов» (транспортная система; «умное» ЖКХ, безопасность, мониторинг окружающей среды). Софинансирование за счет масштабного ипотечного и коммерческого кредитования могло бы заставить заработать республиканскую финансовую систему. Предлагалось внедрение систем пригородного железнодорожного сообщения с использованием принципов «легкое метро» (маршрут «Кизилюрт-Новокаякент»). Предполагалось вывести в специальные зоны ряд крупных объектов образования, здравоохранения, культуры, открыть крупные сетевые гипермаркеты.  Это должно было решить проблемы перенаселенности Махачкалы, перегруженности транспортных коммуникаций, отсутствия территорий для развития, повысить безопасность функционирования государственной власти, сняв многочисленные заборы и перекрытые улицы. Стимулировалось также и развитие отраслей экономики (строительство, транспорт, промышленности строительных материалов, торговли и других). Обеспечивались качественным жильем бюджетники (учителя, врачи, госслужащие). Концентрация высококвалифицированных кадров, создание образовательных и медицинских кластеров должны были вызвать рост инновационного и налогового потенциала.  Против этой идеи резко  выступил мэр Махачкалы С.Д. Амиров, который умел «убеждать». Сейчас большинство земель в этом районе уже раскуплены или застроены.

Но перспективы агломерационного развития есть не только в Махачкале. Напротив, по моему мнению, Махачкала является не центром агломераций, а лишь строительными блоками для них. На севере республики города Хасавюрт и Кизилюрт разделяют всего 12 километров. В орбите этой Северной агломерации почти полмиллиона человек. Центральная агломерация может начинаться с Ленинского и Советского районов Махачкалы и доходит до Новокаякента, имея протяженность почти 86 км (с ядром рядом с Манаскентом). Кировский район Махачкалы может стать ядром притяжения Буйнакска и близь лежащих населенных пунктов. Южная агломерация может начинаться от Мамедкалы, включая Дагестанские огни и завершаться южнее Дербента.

Действующая ныне Стратегия-2025 предлагает деление республики на 5 крупных и 12 более мелких зон. Прикаспийская агломерация охватывает территорию от Хасавюртовского до Магараментского района с ядрами в Махачкале и Дербенте.

Предлагаемый мной подход дает четыре агломерационных ядра: Хасавюрт-Кизилюрт, Буйнакск – Кировский район Махачкалы, Манаскент и Дагестанские огни.

Презентованный М. Мишустину мастер-план развития Дербента предполагает освоение участков южнее города и небольшого участка между Дербентом и Дагестанскими огнями. Я проанализировал связанные с этим мастер-планом документы агентства стратегического развития «Центр», и обнаружил, что их логика пространственного районирования имеет мало общего с  агломерационными принципами. Просто в орбиту городской застройки вовлекаются новые земли. Так было с территориями южнее Махачкалы. Но главное слабое звено проекта – хватит ли в Дагестане людей, чтобы наполнить это пространство, купив жилье, разместив бизнес? 

В Дербенте М.Мишустину озвучили сумму проекта  330 млрд рублей. Он впечатлился. Но до конца непонятны источники финансирования. Республиканская программа «Комплексное территориальное развитие Муниципального образования «Городской округ «город Дербент» до 2024 года  предусматривает финансирование 41 млрд. рублей, из которых 96 % — средства республиканского бюджета. Непонятно, откуда возьмется остаток.

Разработчики мастер-плана обозначили сроки  проекта: к 2024-му году город Дербент должен стать  удобным для жизни, к 2028-му году — городом, соответствующий нормативным показателям качества жизни, к  2040-му году жизнестойким городом (цель проекта). Но жизнестойкий город – это город, способный выдерживать экономические и социальные кризисы. Зачем Дербент за 330 млрд рублей два десятка лет готовить к такой судьбе мне не до конца ясно.


  • В чем проблема того, что районы Дагестана нуждаются в развитии? Какие основные проблемы? Экология? Социалка?

В развитии нуждаются все города и районы и не только в Дагестане и России. Вопрос в том, какие ресурсы есть у муниципалитетов и достижимо ли новое качество. 

На наш взгляд, в основе создания агломераций должны лежать потенциал и потребности жителей, а не мегапроекты политиков и интересы олигархических групп. При формировании агломераций необходимо учитывать постиндустриальные подходы, цифровизацию и дистанционную занятость, это означает, что границы агломераций будут шире. К сожалению, сегодня разработчики руководствуются устаревшими методиками и «кейсами», создавая проекты «агломераций ушедшей эпохи». Формирование агломерации должно предполагать существенное повышение производительности труда работников и поддержку создания высокопроизводительных рабочих мест. Иначе агломерация превращается в городские «трущобы». В основе экономического роста агломераций ключевыми являются факторы, не связанные с изменением факторов производства (накоплением капитала и ростом численности рабочей силы), это так называемый остаток Со́лоу (технологии, образование, культура, состояние социальных институтов). В настоящее время этот перспективный фактор в республике плохо задействован. Создание агломераций требует пересмотреть существующие подходы к функционированию системы местного самоуправления и межмуниципального взаимодействия.

Позволю напомнить мысль выдающегося российского ученого регионалиста Натальи Зубаревич о том, что в России города не обладают достаточной свободой в принятии решений, они вынуждены конкурировать за федеральные дотации, и пока почти большинство доходов городов составляют трансферы, невозможно решить ключевую проблему активности местных властей и местного сообществ. Экология, социалка всегда актуальны, но, как говорил известный булгаковский профессор «Разруха в головах, а не в клозетах…». Поэтому главная проблема – управление, взаимодействие власти и общества, уровень городской культуры самих жителей. 


  • Востребована ли тема развития и агломераций среди населения?  

Большинство людей не задумывается о таких глобальных вещах. Но вопросы градостроительства и развития неизбежно приходят в каждый дом и каждую семью. Например, в Москве, после ввода центральных диаметров значительно повысилась транспортная доступность ряда подмосковных территорий, на 10-20 % подорожало жилье, оживилась экономика.

Для Дагестана концентрация в Махачкале основных источников дохода – бюджетных трансфертов, а также финансовой, образовательной и медицинской инфраструктуры привела к массовому оттоку населения из сельской местности в столицу. Но связанный с этой миграцией потенциал развития давно исчерпан. Потребности людей растут, а достойной работы на всех не хватает. Решения это проблемы пока нет. Власти не всегда понимают необходимость поддержания экономики. При Владимире Васильеве десятки миллиардов рублей возвращали в федеральный бюджет, так как чиновники не могли освоить, провести в срок конкурсные процедуры, а это была возможность заработка для сотен тысяч дагестанцев. Избыточные меры локдауна в период пандемии так же нанесли большой ущерб малому бизнесу и населению, в особенности, тем, кто был занят в «серой зоне». Люди интересуются тем, что ждать в будущем, но устали от пропагандистских заявлений и популистских обещаний. Поэтому мнение независимых экспертов вызывает даже больший интерес, чем заявления политиков.


  • Вы предлагали решения проблем развития, насколько власти готовы выполнять рекомендации экспертов?  

— Я уже говорил, что мероприятия клуба нередко посещаются чиновниками. Действует Указ Президента  России  «Об утверждении Основ государственной политики регионального развития РФ на период до 2025 года», в котором в качестве цели обозначено, в том числе  «максимальное вовлечения граждан в решение региональных и местных задач». Существует система документов стратегического планирования регионального развития, в которых должны участвовать эксперты. К сожалению, власти не всегда стремятся привлекать к работе над ними независимых или неудобных экспертов, в результате, качество документа падает. Существующие проблемы стратегирования приводят к тому,  что стратегии становятся нереализуемыми уже на этапе создания. Ожидаемые результаты реализации государственной политики регионального развития не достигаются. Проблема взаимодействия власти и экспертов особенно остро стоит последние 5 лет, и пока нет существенного продвижения в этом вопросе.


  • Какова роль общественных организаций? Пытаются ли общественники что-то сделать?

— Неоднократно общественниками поднимался вопрос необходимости выработки основ общественного договора по целям развития. В 2011 году такая работа проводилась в формате Съезда народов Дагестана. В тот период основным вопросом было снятие конфликта между салафитами и тарикатистами, снижение террористической угрозы, а вопросы экономики и развития были на заднем плане. Как мы видим, в области примирения религиозных общин ситуация улучшилась.

Сегодня нужно начинать широкий общественный диалог по вопросам развития. Но в этот предвыборный год ни политические партии, ни врио Главы Дагестана не ведут такой работы. Декларируемая новая стратегия развития разрабатывается так же кулуарно, как и при Васильеве. Общество, бизнес, независимые эксперты не участвуют в этом процессе. Считаю эту тенденцию негативной и подрывающей у общества веру в позитивный вектор развития республики.